Суды взыскали с конкурсного управляющего обанкротившегося застройщика 7 млн руб. убытков: во время его работы компания незаконно лишилась дорогостоящего гаража. Хоть подпись ликвидатора на документах была поддельная, он тем не менее плохо следил за имуществом: инвентаризацию не провел, запросы в Росреестр не направил, сделки не оспорил. Спор дошел до экономколлегии ВС.

Экономическая коллегия Верховного суда РФ вновь разбиралась в проблеме взыскания убытков с конкурсного управляющего за ненадлежащее исполнение им своих обязанностей. На этот раз спор касался банкротства застройщика ОАО «Уралэнергострой» (№ А60-13467/2004). Началось оно в 2007 году, и с тех пор должник сменил шесть конкурсных управляющих. С весны 2008-го до 2011-го обязанности ликвидатора исполнял Денис Костромин (до него было еще двое). И именно в этот период, в декабре 2008-го, «Уралэнергострой» незаконно лишился своего подземного гаража на 39 боксов в Пермском крае.

Основанием для регистрации перехода права собственности на гараж послужил договор купли-продажи, по которому «Уралэнергострой» в лице управляющего Костромина продал гараж стороннему лицу – Максиму Бортодзи, по заниженной в десятки раз цене (за 200 000 руб.). Документы же в Росреестр представил тесть Бортодзи – А. А. Бочкарев, который также действовал на основании выданной Костроминым доверенности. Мошенничество вскрылось лишь в 2012 году, когда на должность конкурсного управляющего «Уралэнергостроя» вступила Мария Леонгардт. Но ее предшественник Костромин здесь все же был ни при чем. После почерковедческой экспертизы выяснилось, что подписывал договор купли-продажи не он, а иное, неустановленное лицом. Не обращался он, по заверениям нотариуса, и в ее контору за доверенностью.

Однако все это не остановило Леонгардт от обращения в суд с заявлением о взыскании с Костромина 7,1 млн руб. убытков – рыночной стоимости гаража на 2008 год. Костромин плохо следил за имуществом и не обеспечил его сохранность, настаивала Леонгард: почти за четыре года он даже не узнал о наличии гаража. Не включил его в конкурсную массу, не выявил его незаконное отчуждение и своевременно не оспорил незаконные сделки. Костромин должен был запросить информацию у органов Росреестра о недвижимом имуществе «Уралэнергостроя» и сделках с ним, уверена Леонгардт, и не ограничиваться результатами предыдущей инвентаризации имущества компании, а провести повторную.

В конечном счете суды это убедило: первая инстанция в требованиях Леонгардт отказала, но обратноерешила апелляция и окружная кассация. Ее заявление они удовлетворили, увидев причинно-следственную связь между «противоправным бездействием» Костромина и выбытием гаража из имущества «Уралэнергостроя».  Отклонили они при этом ссылку невнимательного управляющего на возможность вернуть похищенный гараж в конкурсную массу посредством виндикации. Это могло бы существенно затянуть банкротство, указывали суды: виновник всего этого – Бортодзи – умер, а его супруга уже успела продать гаражи другим лицам.

А почему только я?

Судья Верховного суда Денис Капкаев не стал передавать дело на рассмотрение экономической коллегии, однако обратное решил зампред ВС Олег Свириденко. Его убедили доводы Костромина о недоказанности того, что именно из-за его бездействия возникли убытки. Ведь до Костромина должность конкурсного управляющего занимало еще двое, и никаких сведений о наличии гаража они ему не передавали.

Слишком уж много работы было с «Уралэнергостроем» – таков был еще один довод жалобы Костромина. В его реестр было включено более 2300 конкурсных кредиторов, а суммарные требования превышали 2,5 млрд руб. «У должника очень большое количество имущества, – рассказывал также на заседании экономколлегии ВС, 26 июля, представитель Костромина. – Очень много филиалов, почти в каждом регионе». При этом сначала юрист попросил оставить в силе определение первой инстанции (которым было отказано в заявлении Леонгардт). Однако после настойчивых вопросов экономколлегии о недоказанности причинно-следственной связи между действиями Костромина и убытками передумал – попросил отправить спор на новое рассмотрение. «Вся вина необоснованно легла на Костромина, – подытожил он, – предыдущие [управляющие] тоже не выявили это имущество».

– Почему вы считаете, что только в результате бездействия Костромина возникли убытки? – интересовались судьи у другой стороны – представителя Леонгардт.

– Уменьшение конкурсной массы произошло именно в период исполнения им обязанностей конкурсного управляющего.

– Ну не повезло ему: именно в этот период подделали договор, – заметила председательствующий судьяИрина Грачева.

– Еще два с половиной года после этого он исполнял свои обязанности и так и не предпринял никаких мер, – объяснял юрист.

– То есть, если бы договор был подделан до вступления в должность Костромина, то вы бы обратились к другому конкурсному управляющему? Такая логика?

– Формально такая логика…

Видимо, этой же логикой решили руководствоваться и судьи ВС. Они отправили спор на новое рассмотрение в первую инстанцию. Похоже, теперь суду нужно будет лучше разобраться в поведении предшественников Костромина. Один из них к настоящему моменту уже умер.