Верховный суд объяснил тонкости применения института обеспечительного взноса на судебный депозит на примере сети дискаунт-баров "КиллФиш". Эта компания, победившая в споре, не хотела, чтобы деньги возвращались оппоненту до того, как он сам выполнит свои обязательства по вступившему в силу решению суда, но у двух кассаций на этот счет другое мнение. Формально суды правы, конечно, констатируют эксперты, но инстититут-то не работате совсем.

В декабре прошлого года хозяйственное партнерство "Управляющая компания "КиллФиш", известная сетью одноименных дискаунт-баров, обратилось в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ЗАО "Независимая финансовая группа", требуя расторгнуть договор аренды помещения и вернуть обеспечительный депозит за него в размере 273 000 руб. и почти столько же неосновательного обогащения (дело А56-51716/2013). Ответчик обратился с встречным иском, требуя с партнерства 317 845 руб. задолженности по арендной плате и 1,4 млн руб. стоимости восстановительного ремонта переданного в аренду помещения.

Позиция "КиллФиш" заключалась в том, что в июне 2013 года, когда годовой срок аренды истек, компания решила не продлевать ее и известила об этом письмом НФГ, которое получила ее сотрудница по фамилии Симонова. Договор предусматривал, что обеспечительный депозит не возвращался в случае ненадлежащего исполнения арендатором своих обязанностей, но поскольку ничего такого за ним замечено не было, еще одним письмом "КиллФиш" попросила вернуть деньги. Но вместо этого в начале августа получила сообщение, что договор аренды возобновлен на неопределенный срок с 1 июля того же года. При этом, указывала "КиллФиш", арендодатель "уклонялся от приемки помещений и возврата денег".

НФГ же ссылалась на ст. 621 ГК, согласно которой, если арендатор продолжает пользоваться имуществом после истечения срока договора при отсутствии возражений со стороны арендодателя, договор считается возобновленным. Группа оспаривала факт получения письма, которым "КиллФиш" сообщала о прекращении отношений – НФГ уверяла, что Симонова никогда ее сотрудником или представителем не являлась. Однако судья Юлия Воробьева назвала эти аргументы необоснованными, ведь никаких доказательств того, что "КиллФиш" решила продлить аренду, не было. Не поверила судья и в отсутствие у Симоновой должных полномочий – та не только получала письма от арендатора, но и отвечала на них от имени компании. Проанализировав "конклюдентные действия сторон", суд не нашел оснований полагать, что их воля была направлена на продолжение арендных отношений на прежних условиях. Таким образом, решила судья, договор следует считать прекращенным.

Воробьева также установила, что помещение не удалось вернуть, хотя "КиллФиш" и предпринимала попытки это сделать – арендодатель действительно уклонялся от его приемки. В силу этого и в соответствии со ст. 406 ГК судья признала НФГ просрочившим кредитором, не принявшим предложенное надлежащее исполнение и не совершившим действий, предусмотренных законом и договором. А раз так, то Воробьева применила информационное письмо Президиума ВАС от 11 января 2000 года № 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении", согласно которому при прекращении действия договора аренды оснований для удержания уплаченного арендатором обеспечительного платежа у арендодателя не имеется. Об этом также говорит ст. 453 ГК, и судья взыскала с НФГ обеспечительный платеж и неосновательное обогащение в размере – 557 700 руб. в общей сложности.

Это решение в апреле 2014 года оставил без изменения 13-й ААС, и НФГ пошла в кассацию. Федеральный арбитражный суд Северо-Западного округа 19 июня приостановил исполнение решения, а группа внесла на депозитный счет суда взысканную первой инстанцией сумму.

Но в итоге в конце июля ФАС СЗО согласился с выводами нижестоящих судов, и возвратил НФГ деньги с депозита. Однако с этим не согласилась "КиллФиш" – компания обратилась в Высший арбитражный суд с жалобой, в которой просила отменить постановление кассации в части возврата НФГ денег с депозитного счета. "КиллФиш" настаивала на том, что мера о встречном обеспечении направлена на фактическое исполнение судебного акта, а значит, должна сохранять свое действие вплоть до этого события. Для возврата обеспечения суд должен был проверить, исполнила ли "НФГ" решение, настаивал истец.

ВАС не успел рассмотреть дело до своей ликвидации, и оно было передано в Судебную коллегию Верховного суда РФ по экономическим спорам. А судьи Татьяна Завьялова, Ольга Козлова и Наталья Павлова сочли, что требования "КиллФиш" неправомерны. В опубликованном 31 октября определении (заседание по делу состоялось тремя днями ранее) они обращают внимание на то, что на пртяжении процесса истец не подавал ходатайств о применении обеспечительных мер, а НФГ вносила деньги на депозит суда не в целях исполнения будущего судебного решения, а в порядке ст. 283 АПК РФ о предоставлении встречного обеспечения при заявлении ходатайства о приостановлении исполнения судебного акта. Поэтому, решили судьи, вернув деньги НФГ, ФАС СЗО поступил абсолютно правильно – "в соответствии с изложенным порядком".

Формально суд прав, отмечают эксперты, но ВС упустил возможность внести свой вклад в решение проблемы неисполнения судебных решений. Старший юрист юркомпании "Некторов, Савельев и партнеры" Константин Галин напоминает, что в действующем законодательстве есть пробел – не урегулировано, каким образом должны подтверждаться убытки победителя спора из-за задержки с исполнением решения суда в связи с действиями ответчика, когда должно отменяться встречное обеспечение и т. п. "Встречное обеспечение призвано компенсировать возможные убытки лица, в пользу которого принят судебный акт, от задержки его исполнения в связи с ходатайством ответчика", – рассуждает юрист. Однако, в России, по его словам, институт встречного обеспечения фактически не выполняет своего назначения. "Практически полностью отсутствуют в практике случаи возмещения убытков от приостановления исполнения судебных актов за счет встречного обеспечения", – констатирует Галин. – В этих условиях для подтверждения убытков необходимо получить самостоятельный судебный акт, к моменту принятия которого встречное обеспечение обычно уже отменяется".

Старший юрист адвокатского бюро "Линия права" Алексей Костоваров признает, что позиция "КиллФиш" предполагала расширительное толкование положений АПК о порядке возврата встречного обеспечения. Но, добавляет он, в таком толковании содержалось и вполне рациональное зерно – ведь в любом случае встречное обеспечение направлено на гарантию исполнения судебного акта. Поэтому, думает Костоваров, имелись все основания для того, чтобы отказать в возврате средств до предоставления доказательств исполнения вступившего в силу решения суда. А так, по его мнению, коллегия "заняла сугубо формальную позицию".