Пересмотр Верховным судом (ВС) сложившейся практики оспаривания предбанкротных сделок банков дал неожиданный результат. Вместо ожидаемой либерализации подхода, который ранее практиковал Высший арбитражный суд, появились риски его ужесточения. Если позиция ВС устоит, фактические сроки исковой давности по таким спорам могут сильно сократиться. Это может помочь добросовестным контрагентам банков-банкротов, но одновременно резко снизит, если не сведет к нулю, шансы банковских кредиторов на возврат хотя бы части своих средств.

Надежды на то, что Верховный суд смягчит жесткие подходы к оспариванию предбанкротных сделок банков, установленные Высшим арбитражным судом (ВАС), не оправдались. Об этом свидетельствует решение экономической коллегии ВС по спору АСВ с Baltic International Bank, датированное 24 сентября. В этом деле АСВ как конкурсный управляющий банкротящегося Русско-германского торгового банка (РГТБ) оспаривало сделку с предпочтением по списанию латвийским банком 124,6 млн руб. с его корсчета в РГТБ незадолго до отзыва лицензии у последнего. Ранее арбитражные суды это требование АСВ удовлетворять отказывались, ссылаясь на отсутствие у РГТБ неудовлетворенных требований кредиторов и явных признаков неплатежеспособности, что полностью соответствовало подходу ВАС, выступавшего против тотального оспаривания всех предбанкротных сделок банков. Впрочем, надежда на либерализацию, спровоцированная передачей дела на пересмотр в ВС, быстро растаяла. Судьи ВС нашли новые основания не удовлетворять требования АСВ — по сроку исковой давности. Дело было отправлено на новое рассмотрение в первую инстанцию.

Судьи ВС усомнились в правомерности отсчета агентством срока исковой давности от даты его назначения конкурсным управляющим банка (это происходит в момент признания банка банкротом). По мнению ВС, этот срок нужно отсчитывать с даты назначения в банк временной администрации ЦБ (при отзыве у банка лицензии).

Учитывая, что между отзывом лицензии и банкротством в лучшем случае проходит полтора-два месяца, а в худшем, при сознательном затягивании банкротства, более года, плюс на оценку реальной ситуации в банке после признания его банкротом АСВ нужно время, закрепление такого подхода чревато резким ухудшением ситуации с оспариванием АСВ предбанкротных сделок банков. Между тем такими спорами во многом определяются шансы кредиторов банков-банкротов на возврат хотя бы части своих средств.

В АСВ "Ъ" сообщили, что ранее с такими мотивами и таким расчетом срока исковой давности не сталкивались. Агентство всегда руководствовалось ст. 61.9 общего закона "О банкротстве", в соответствии с которым срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных этим законом, говорится в ответе АСВ на запрос "Ъ". До своего назначения конкурсным управляющим АСВ не могло узнать о наличии оснований для оспаривания сделки. В агентстве "планируют отстаивать свои интересы, и в первую очередь в рамках данного спора, выстраивая свою защиту непосредственно на ст. 61.9 указанного закона".

Последствия примененного ВС подхода неоднозначны. С одной стороны, активное оспаривание АСВ банковских сделок ведет к пополнению конкурсной массы и, как следствие, лучшему удовлетворению требований кредиторов банков-банкротов, с другой — мало кто из контрагентов банка сейчас может с уверенностью сказать, что его, возможно, совершенно нормальная сделка не подпадет под признаки подозрительной или предпочтительной и не вызовет претензии агентства, говорит партнер юридической фирмы Legal Capital Partners Михаил Малиновский. Получается, чем короче срок исковой давности, тем лучше для добросовестных контрагентов банка, считает он. Однако эффективность конкурсного управления в банках-банкротах однозначно резко снизится: множество предбанкротных сделок попросту не смогут быть оспорены из-за ограниченных сроков.

Более того, широкое применение нового подхода ВС к срокам исковой давности может вызвать и всплеск активности руководства и собственников банков, лишенных лицензий в затягивании процесса признания их банкротами в судах. Как показала практика, при желании это возможно на полгода (как в случае с Тюменьэнергобанком) или даже год (Поволжский немецкий банк). В обоих случаях для затягивания банкротства банкиры использовали проведение всевозможных экспертиз. В случае неблагоприятного для АСВ развития событий ситуацию отчасти могла бы исправить большая активность временных администраций ЦБ в подаче исков о признании сделок недействительными (сейчас это происходит нечасто). Но заметный результат это вряд ли даст: срок работы временных администраций в банках, лишенных лицензий, и их ресурсы ограничены.