Уважаемая Ирина!
Все приобретенное имущество во время брака, в том числе и дом, является совместно нажитым имуществом и делится поровну. Однако, существует трех летний срок исковой давности по разделу имущества. Но в судебной практике не все так просто!
Согласно п. 7 статьи 38 Семейного кодекса РФ, к требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности.
Практически все разводящиеся, не имеющие юридического образования, считают, что исковая давность начинает течь с момента расторжения брака, и по прошествии трех лет успокаиваются. Хотя для них все начинается, как только бывший супруг сходит на консультацию к юристу.
Исчисление исковой давности с момента расторжения брака выражает правовую определенность, что соответствует самой цели правового института исковой давности. Супруг, требующий раздела, знал бы, что непредъявление иска в течение трех лет после развода лишает его права на удовлетворение иска о разделе имущества.
Кроме этого, супруг, фактически владеющий имуществом, а также все лица, интересы которых могут быть затронуты разделом (кредиторы, наследники), знали бы, что после истечения трехлетнего срока раздел имущества больше им не угрожает.
Однако эта позиция не находит подтверждения в действующем законодательстве. Статья 38 Семейного кодекса ничего не говорит о начале течения срока давности. Статья 9 Семейного кодекса, регулирующая общие принципы применения исковой давности к семейным отношениям, отсылает к нормам гражданского законодательства. Пунктом 1 ст. 200 Гражданского кодекса определено, что течение исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Такой же позиции на семейное законодательство придерживается и Верховный Суд РФ.
В этой ситуации бывший супруг имеет право не осуществлять свое право собственности до тех пор, пока он не узнал, что другой супруг препятствует осуществлению им права собственности. В результате создается правовая неопределенность, которая может продолжаться сколь угодно долго. Один из бывших супругов может обратиться к другому с требованием по поводу раздела имущества, например, через 20 лет. После получения отказа он понимает, что его права нарушены, и имеет еще три года для предъявления иска. В течение всех этих 23 лет другой бывший супруг будет жить под угрозой раздела совместного имущества.
Кроме этого, может создаться ситуация, когда супруг-собственник, фактически владеющий имуществом, не ставя в известность другого супруга, за 20 лет может произвести сделку отчуждения вещи, которая, согласно позиции действующего законодательства, все еще является совместной собственностью. Следующий владелец вещи также может делать с вещью что угодно. Когда же супруг, чьи права были нарушены, обратится с требованием о разделе этой вещи, встает вопрос о признании всех сделок, к примеру, за 20 лет, недействительными.
Такая позиция по разделу совместного имущества супругов в действующем законодательстве, на мой взгляд, не верна, так как значение исковой давности заключается, во-первых, в том, что она дисциплинирует участников правоотношений, призывает их своевременно заботиться о защите своих прав. Во-вторых, институт исковой давности призван содействовать устранению неопределенности в гражданских правоотношениях.
Однако суды сами затрудняются в определении момента, с которого нарушается право лица на раздел совместного имущества.
Лучше конечно разделить дом по согласию сторон и обойтись без суда.